Проект «Новая Библиотека» вывел Книгу на карнавал

Вчера в Музее искусства Санкт-Петербурга ХХ—ХХI веков публика кипела! В фойе мелькали карнавальные маски, дамы в исторических костюмах и кавалеры, одетые с чувством юмора, но претендуя на узнаваемый литературный образ, толпились в ожидании официального открытия удивительной выставки. Как было заявлено в анонсе:  «Новая Библиотека» — смелый и креативный проект, в корне меняющий наше представление о Книге и самом процессе чтения.

В своих приглашениях организаторы выделили красным дресс-код мероприятия: карнавальные костюмы, аксессуары и маски по теме «Любимые литературные персонажи», и многие гости добросовестно выполнили это требование.

Даже смотрители выставки «Новая библиотека» надели в день открытия карнавальные костюмы.

В «Новой библиотеке» книга получила абсолютную свободу существования в любой форме, право быть созданной из любого материала, с помощью любых техник, и в этих метаморфозах открылись новые смыслы, которые позволили художникам взглянуть на нее под непривычным углом. Согласитесь, в этой идее есть что-то карнавальное.

Глаз, наблюдающий за читающим человеком. Александр Позин, 2002-2017гг.

В экспозиции собраны достижения художественного эксперимента с книгой и литературным текстом за последние 25 лет. В проекте приняли участие более 40 художников из разных городов России и Европы, среди них такие известные мастера современного искусства, как Нафтали Ракузин (Париж) и Александр Райхштейн (Хельсинки), Сергей Якунин и Петр Перевезенцев (Москва), Михаил Карасик и Виталий Пушницкий (Петербург) и многие другие. Они представили кинетические объекты, аудиовизуальные и пространственные инсталляции, видео-арт, живописные и графические работы, необычные авторские издания и дизайнерские эксперименты.

Книги-фляжки «Убей в себе змея» и «Зеркало души». Сергей Бородкин, 2012

Произведения, участвующие в проекте «Новая Библиотека» реализуют три основных художественные идеи:

Первая – соприкосновение традиционных печатных техник и книжных форм с новыми видами художественного творчества.  Так, готические фолианты преобразились в анимированную виртуальную книгу, классический кодекс стал арт-объектом из рубероида, средневековый свиток трансформировался в пятнадцатиметровый коллаж-сновидение.  Впечатляет «Складень Пушкина» В.Козина и «Двухслойная кинетическая книга» мастерской Гамберга — во время движения песок является частью «живой» иллюстрации, буквально, являя миру шесть маленьких историй о большой любви.

А вот коммуникационный рупор «Диалоги с Конфуцием» Михаила Погарского. С одной его стороны выжжены высказывания Конфуция, с другой – полемические ответы художника, который ведет своеобразный диалог со знаменитым мыслителем. «Можно всю жизнь проклинать темноту, а можно зажечь маленькую свечку» — «Темнота и тишина часто гораздо важнее броских образов и ярких звуков. Пробелы, паузы, пустоты – это самые мощные инструменты художника», — таковы надписи на квадратных «волнах общения».  В «Новой библиотеке» также звучали графической мелодией путевые дневники, а стихи превратились в аудиовизуальную инсталляцию.

Диалоги с Конфуцием. Михаил Погарский, 2016 г.

Вторая идея выставки – использование традиционной печатной книги в качестве «строительного материала» для нового произведения искусства. Например, Александр Рахштейн собрал из списанных библиотечных книг архитектурные объекты – арки, домики, башни. Виталий Пушницкий создал на книжных разворотах живописные картины. Виктор Рамишевский сложил из собраний сочинений В.И. Ленина самую яркую инсталляцию выставки со встроенными лампочками 40 W «Светить всегда, светить везде!».  У нее есть историко-литературная подоплека: в 1920-х гг. В.Маяковский создает поэму «150 000 000» и дарит ее Ленину с надписью «С комфутским приветом!», прозрачно намекая, что футуризм – это коммунистическое искусство, а он, Маяковский – его вождь. Ленин был в ярости от этой выходки, заметив, что «Такие вещи… лишь для библиотек и чудаков. Это «хулиганский коммунизм», а Луначарского надо сечь за футуризм». Вот так Маяковский напугал власть своим рвением  «светить всегда…». В это время проводилась электрификация всей страны. С годами в СССР любая библиотека была похожа на мавзолей Ленина. Когда-то собрания сочинений Ленина составляли смысловое ядро советских библиотек. По замыслу автора, конструкция из светящихся книжных объектов в виде эиккурата мавзолея является метафорой рождения и смерти футуризма в России.

Светить всегда, светить везде! Эиккурат Виктора Ремишевского, 2013 г.

Третья идея «Новой Библиотеки» – визуализация литературных образов – персонажей, предметов.  Выставка открывает параллельный мир, в котором персонажи и предметы литературной реальности оживают. Неоконченная пьеса, написанная Екатериной II, воплотилась в театрально-пространственную мизансцену. Сюжет пьесы построен вокруг рассказа сторожа-ветерана, который во время обхода, обнаруживает, что висящие в покоях Чесменского дворца портреты русских и западноевропейских правителей разных эпох по ночам переговариваются. О чем говорят портреты?  Диалог в «царстве мертвых» — вот мистическая основа сюжета так и неоконченной пьесы. Внутреннее пространство инсталляции весьма сценографично: на заднем плане в сумерках угадывается Чесменский дворец а перед ним герои пьесы играют свои роли: зачем понадобилась пара лошадей герцогине Пармской, кудо отправился король Неополитанский со своими верными липариотами, зачем Петру Второму гренадеры с факелами в залах и при чем здесь Екатерина Первая и сапог Калигулы? Все это визуализирует  маленький театр-инсталляция в «готическом вкусе» Екатерины Великой.

Тайна Чесменского дворца. Евгения Буравлева и Егор Плотников 2016 г.

В раскрытых дверцах большого шкафа на полках стоят «ожившие» классические романы – в прямом смысле из них вышли и рискуют спрыгнуть в выставочный зал главные персонажи, уставшие томиться в заточении толстых переплетов, давно не открываемых книг.

Кто говорит, что умер Дон Кихот? Он в новый собирается поход. Елена Павлова, 2016 г.

Если говорить о самых знаменитых предметах из классических произведений русской литературы, то первое, что приходит в голову — топор Родиона Раскольникова, который художник поместил в добротный футляр, снабдив орудие убийства сопутствующими «товарами». Также есть в «Новой Библиотеке» материализовавшиеся и работающие часы Велимира Хлебникова,  книга – мобиль и другие кинетические штуки.

Проект демонстрирует многообразие подходов современных художников к Книге и какие неожиданные результаты они получают, когда включается фантазия, нестандартное мышление и новые технологии.

Преступление и наказание. Юрий Штапаков, 2022

«Противогазы» — название пьесы Сергея Третьякова. Герой нашего времени тридцатых в резиновом шлеме с искусственными легкими в брезентовом подсумке – таков портрет строителя и защитника социализма. тысячи рук, тысячи ног и тысячи торсов прикрытых майками и сатиновыми трусами. Огромные человеческие гусеницы в определенные дни и часы движутся по центральным улицам советских городов, Так выглядит коллективное тело на фотографиях физкультурных парадов Родченко, в лентах кинофильмов и хроник.

В 1923 году Сергей Эйзенштейн поставил мелодраму по пьесе Третьякова прямо в цехе московского газового завода, возле работающих станков. Все эти события и социалистическая действительность той эпохи вдохновили художника на создание масштабной и сложной инсталляции с использованием экспозиционных и медиа средств.

Мелодрама Сергея Третьякова 1923 года, Михаил Карасик 2010 г.

Чем дольше изучаешь экспозицию, тем больше убеждаешься, что кураторы и участники проекта «Новая Библиотека» лишь прикоснулись к глыбе – тема трансформации Книги неисчерпаема! Выставка получилась настолько разноплановой, глубокой и в то же время остроумной, организаторы так неформально подошли к церемонии открытия, что все вчерашнее мероприятие можно назвать фееричным, по-настоящему новогодним и очень позитивным!

Легкую, театральную атмосферу создавали студенты петербургских вузов, переодетые в фантазийные костюмы и непрерывно увлекавшие гостей в забавные литературно-грамматические акции и перформансы. В «Новой библиотеке» Книга – отнюдь не тихий собеседник, здесь она  приобрела карнавальное измерение.  Герои романов и сказок, предметы литературной реальности, художественные тексты, самые разные и порой неожиданные книжные формы выстроились в карнавальное шествие, в котором предлагается принять участие и гостям выставки.

Ценные фолианты в «Новой Библиотеке» гостям разрешалось полистать в перчатках.

Перед тем как уйти, каждому гостю предлагалось срезать с елочки любое литературное  предсказание. Мне досталось это: «Тот, кто поймет, что смысл человеческой жизни заключается в беспокойстве и тревоге, уже перестанет быть обывателем».  Есть повод задуматься.

В рамках выставки «Новая Библиотека» совместно с Центральной библиотекой им. М. Ю. Лермонтова будет организована обширная образовательная программа. Одновременно она будет проходить на двух площадках: в Музее искусства Санкт-Петербурга XX–XXI веков и в Открытой Гостиной библиотеки. Расписание лекций можно узнать на сайте МИСПа.

«Новая Библиотека» будет работать  до 25 февраля.  И она стоит того, чтобы вы нашли время ее посетить!

Текстоуловитель. Александр Позин, 2015 г.