Ускользающая красота Лоцманского поселения в Лебяжьем

ЛоцманА, как принято говорить в морском сообществе, существуют в Санкт-Петербурге с момента его основания.

Пётр I был заинтересован в том, чтобы новую столицу на Балтике как можно чаще посещали иностранные корабли, поэтому лоцманская команда из людей, знающих положение берегов, мелей и фарватеров Невской губы, была сформирована незамедлительно. В нее вошли исконные жители земель вокруг Финского залива — потомки древних новгородцев, ладожане, ижоры, ингерманландцы. У них учился  «чуять глубины» и проводить суда сам царь-реформатор.

Известно, что 16 апреля 1709 г. он повелел выделить из «податного сословия» и определить на государеву службу лоцманов устья реки Невы в количестве 11 человек с семьями. Помимо жалования, они получали отдельную плату за проводку судов и содержание фарватера с его знаками в надлежащем состоянии. Лоцманам были отведены земли для силосных покосов и огородов, а также даровано право пользоваться рыбными «тонями» на большом и корабельном фарватере, иметь «заколы» около мелей.

До 1712-го года все лоцманы проживали в деревне Герви-Сари на Васильевском острове, потом они переместились на Рыбный остров в Матисову деревню, но после пожара вынуждены были переехать на Гутуевский остров в большие солдатские казармы. Там жилье размыло наводнение и лоцманские семьи определили на Канонерский остров, и снова случился пожар и снова очередное переселение в казармы Гребного флота, но и это жилье оказалось временным. В конце концов, лоцманским семьям предложили искать съемное жилье, и тогда они обратились в контору главного Гребного порта с просьбой предоставить им для поселения Подзорный остров в самом устье большой Невы, в месте наиболее приближенном к району их непосредственной службы.

 

Кроме того, в 1836-м году было утверждено положение о Лоцманской команде Санкт-Петербургского порта. В этом документе, помимо прочего, оговаривались нравственные обязательства лоцманов, согласно которым, своих детей с малолетства, они обязаны были обучать лоцманской профессии. Однако, эти правила было сложно соблюдать ввиду того, что лоцманы проживали в разных частях Петербурга, весьма отдалённо друг от друга и от берегов Невы.

Первый локальный цех петербургских лоцманов появился в 1850-е годы на Подзорном острове российской столицы, но спустя время возникла необходимость иметь еще один цех специалистов на Кронштадтском рейде. Дело в том, что в южном фарватере ход торговых судов был затруднен из-за ряжевых сооружений — деревянных срубов, которые укреплялись камнями и укладывались на дно, дабы преградить путь вражеской флотилии. Но когда угроза вторжения миновала, эти ряжи стали здорово мешать мирному судоходству.  Один корабль даже разбился о ряжи и выдвинул претензии к российскому правительству, потребовав солидную компенсацию. Тогда и решили, что на этом рейде необходимо разместить опытных лоцманов, способных провести судно мимо ряжей по фарватеру. В первое время они обосновались на Лондонском плавучем маяке. Судоводители обеспечивали проход кораблей до Кронштадтской гавани, а затем в Петербург и обратно.

Дела у кронштадских лоцманов шли хорошо, и в 1865 году цех приобрел землю на южном берегу Финского залива для постройки жилого поселка. Это были болотистые земли, постоянно затапливаемые, но лоцманы укрепили берег срубами и большими камнями. Несмотря на то, что дома строились очень близко к воде, фундаменты участков поднимали и закрепляли со стороны залива. Так поступают до сих пор жители Лоцманской улицы поселка Лебяжье, только фундаменты и защитные стены они делают уже из бетона.

Сохранившаяся историческая застройка — это несколько десятков компактно расположенных деревянных жилых домов и здание прихода церкви Святителя Николая Чудотворца, когда-то – Лоцманское собрание.

Увы, среди современных обитателей Лебяжьего нет ни одного потомка Кронштадских лоцманов. После революции 1917 года поселение было национализировано и передано военно-морскому ведомству. Со временем лоцманские дома перешли в частную собственность. Новые хозяева с большим уважением относятся к славному прошлому этого места, но жертвовать комфортом ради сохранения истории, конечно, не будут.

Я зашла в один из домов на окраине Лоцманской улицы. Радушные бабушки показали мне аутентичные ворота, сени, провели за дом и стали сетовать на крутой нрав Финского залива, который каждый год грозит подмыть фундамент на берегу. «Весной мы находим камыш и всякий мусор на крыше дома – такие здесь бывают шторма! А соседний дом недавно совсем смыло волной», — говорит нынешняя владелица лоцманского дома. Вот, и приходится людям всеми возможными способами противостоять стихии.

Если сегодня посмотреть на ряд домов со стороны залива, то ничего старинного в них уже не заметно – бетонные цоколи, пластиковая обшивка стен, окна — стеклопакеты, красная металочерепица и т.д.

Лоцманские семьи прожили на окраине поселка Лебяжье всего полвека, они успели превратить это место в «рай на земле», государство в государстве, где было все для комфортной жизни. На фотографиях XIX века запечатлены ажурные металлические ворота, стоявшие при въезде в селение со стороны Приморской улицы.

Суровая жизнь у самого моря научила лоцманов строить сверхпрочные здания. Доски для обшивки по шесть часов варили в масле, поэтому они до сих пор целы.

Внутренняя планировка домов была одинакова — четыре комнаты, кухня и туалет, в цоколе располагался подвал-ледник, где хранили припасы.

По мере улучшения благосостояния, лоцманы начинали украшать свои жилища резными наличниками, подзорами, возводить летние беседки.  Всего на окраине Лебяжьего было построено 52 дома, где жили многодетные семьи, и кипела жизнь. Здесь возникла довольно разветвленная инфраструктура —  бани, колодцы, со временем появились школа, детский сад, библиотека, амбулатория, собрание. В 1915 году напротив въездных ворот воздвигли каменный храм в псевдорусском стиле по проекту Василия Косякова.

Чудом уцелевшее деревянное здание лоцманского собрания, было построено в 1902 году на месте прохудившегося,  являлось центром селения во всех смыслах.

Сейчас его знают как приход церкви Святителя Николая Чудотворца.

Для его возведения лоцманская община впервые пригласила петербургского архитектора Николая Долбинского, который с энтузиазмом взялся за дело. Однако, несогласованность проекта привела к тому, что в построенном уже здании не оказалось самого главного — домовой церкви. Поэтому пришлось срочно менять планировку и вписывать церковный зал на втором этаже собрания, где находились комната лоц-командира и учебные классы. Один из них и переоборудовали в церковь.  Кстати, очень уютную, действительно, домашнюю и светлую.

С 2002 года настоятелем двух Никольских храмов в Лебяжьем служит отец Александр. Забот  у него много, помимо восстановления храмов, окормления прихожан, благоустройства территории, батюшка вял на попечение «Дом-интернат для детей с отклонениями в умственном развитии № 1» г. Петродворца.  В церковном доме действует круглогодичный центр духовно-нравственной поддержки детей-сирот «Чайка», где ежегодно проходят адаптацию около 50 ребят.

Одна из улочек Лоцманского селения ведет к колодцу, эффектно вписанного в пейзаж расположенному на фоне залива. Здесь гид показывает остатки укрепительных сооружений и вдали место расположения двухкилометрового мола, по которому лоцманА в сезон навигации регулярно ходили на службу. В конце их подхватывал катер и доставлял на Толбухин маяк, а там судопроходцы пересаживались на прибывающие корабли и вели их в порт Санкт-Петербурга.

За каждое доставленное на Васильевский остров судно лоцманА получали неплохое  вознаграждение. Дела их шли неплохо до начала XX века, когда появилось современное лоцманское оборудование на судах, да и сами они стали крупнее – теперь вместо десяти небольших пароходов, торговые компании отправляли по морю один грузовой гигант. Профессия лоцмана стала терять свою актуальность и для Кронштадского цеха наступили тяжелые времена.

Высококлассные морские специалисты были вынуждены сдавать свои дома дачникам, зарабатывать кто чем. После революции 1917 года поселение пришло в упадок, а лоцманов подвергли репрессиям. Людей, знавших по роду службы несколько иностранных языков и общавшихся с заграничными моряками, признали шпионами. Выжили только те, кто эмигрировал в Финляндию.

Сегодня Лоцманское селение в Лебяжьем не имеет четкого статуса. С одной стороны, оно считается вновь выявленным объектом культурного наследия, с другой —  не утверждены границы исторического объекта и нет четких охранных обязательств.

При действующем законодательстве сохранить такой необычный памятник культуры как лоцманское поселение, где каждый объект – частная собственность, в нашей стране невозможно! Любые предписания по содержанию жилых домов нынешние владельцы выполнить не могут именно потому, что они там живут и хотят элементарных удобств. Разве можно запретить людям подводить коммуникации, устанавливать антенны и смотреть телевизор? Но все эти новшества убивают уникальную атмосферу поселка, очарование минувшей эпохи.

Сегодня от лоцманского наследия в Лебяжьем остались лишь каменные опоры заборов, аутентичные козырьки, резные наличники на окнах. Еще можно прогуляться по утоптанной грунтовой дороге из одного конца Лоцманской улицы в другой, и постоять на краю пустоши рядом с облупленными стойками – безмолвными свидетелями счастливой жизни морской коммуны.

К счастью, сохранилось и продолжает биться сердце Лоцманского селения – церковь Святителя Николая Чудотворца, все в том же здании собрания, где помимо религиозных обрядов, сегодня проходят культурные мероприятия, концерты, праздники, и т.д. В лекционном зале устроена экспозиция, посвященная истории Кронштадского лоцманского цеха и выставка живописных работ местных художников на ту же тему.

Собрание по-прежнему служит  центром Лебяжьего. Если невозможно сохранить внешний вид деревни, то ее внутренний духовный стержень остается неизменным. Каждый день сельчане всех возрастов и дачники с удовольствием отправляются на прогулку к церкви, потому что там интересно, тепло и уютно, там всегда рады прихожанам и собираются друзья, можно заняться фитнесом или поиграть с детьми на прекрасно оборудованной площадке.

Летом 2019 года возле церковного дома появился ряд новеньких велосипедов. Инициативу продвинутого батюшки поддержали чиновники и помогли ему организовать  прокат велосипедов и палок для скандинавской ходьбы. Теперь любой турист, приезжающий в Лебяжье, может совершенно бесплатно воспользоваться инвентарем с картой и отправиться по экологическим местам заказника к поляне Бианки и дальше – на форт Красная горка.  Маршруты разработаны при поддержке Комитета по туризму Ленобласти и простираются вдоль залива по живописной дороге.

Для любознательного человека будет интересно прогуляться по Лоцманской деревне, прикоснуться к истории этих мест, пообщаться с батюшкой и местными жителями, подышать свежим воздухом на балтийских дюнах и понять, что ничего не вечно и главное в жизни – успеть. Успеть реализоваться, творить добро, ценить счастливые моменты и наслаждаться их ускользающей красотой…

Маршруты активного отдыха Ломоносовского района